kirsten danst kinoВ свои 17 лет она уже целовалась с Брэдом Питтом, снималась у Вуди Аллена, Барри Левинсона, Нила Джордана, Брайана Де Пальмы, Джо Данте и Софии Копполы; ее партнерами (кроме уже упомянутого Питта) были Джордж Клуни, Том Круз, Антонио Бандерас, Дастин Хоффман, Роберт Де Ниро… Кстати сказать, при всем своем уважении к Де Ниро юная Кирстен Данст замечает, что ни за что на свете не согласилась бы повторить его подвиг и набрать ради роли лишние 10-15 килограммов, как он сделал это в “Бешеном быке”.

Когда Кирстен Данст предложили сняться в фильме “Тогда и теперь”, ее предупредили, что нужно стать толстушкой. “Жертвовать внешностью ради роли? Никогда!” – заявила она. Роль досталась Кристине Риччи. Данст и Риччи – давние соперницы. Последние пять лет они то и дело сшибались лбами, сражаясь за право участвовать в престижных проектах. Риччи достались роли в фильмах “Каспер” и “Тогда и теперь”, Данст – в “Интервью с вампиром” и в “Маленьких женщинах”.

Несмотря на ангелоподобную внешность, Данст крайне редко выступает в амплуа “хорошенькой школьницы”. Как правило, ей достаются роли героинь, умудренных жизненным опытом. Данст прославилась в 1994 году в “Интервью с вампиром”, сыграв вампиршу Клодию, навечно “застрявшую” в теле ребенка. По ходу дела юной Данст пришлось переспать в гробу с Брэдом Питтом и перерезать глотку Тому Крузу. Неплохое начало серьезной артистической карьеры. За последние два года Данст успела “отметиться” в роли малолетней проститутки в сериале “Скорая помощь”; сыграть юную актрису, принимающую участие в телевизионном лжерепортаже о военно-политическом кризисе в сатирической ленте “Плутовство”; а также исполнить главную роль в телефильме с красноречивым названием “Беременна в 15 лет”. Поэтому временное переключение Данст на более легкие жанры (она снялась в боевике “Солдатики” и в комедии “Умри красиво”) на первый взгляд может показаться уступкой коммерческим веяниям. “Вовсе нет! – смеясь, говорит Данст. – Во-первых, мне сейчас нелегко подбирать новые проекты. Для детских ролей я уже стара, а для взрослых – слишком молода. А во-вторых, мне нравится сниматься в легких фильмах! Я люблю, чтобы на съемках было весело!”

Она согласилась сниматься в “Солдатиках” еще до того, как был готов сценарий – так понравились ей идеи режиссера. “Я встретилась с Джо Данте, он показал мне скетчи, и я пришла в восторг, – вспоминает Данст. – Мне сразу же захотелось работать с ним – я решила: то, что он предлагает, – это самая крутая идея из всех, с которыми я познакомилась в последнее время. Эти игрушки на рисунках выглядели так забавно!” В “Солдатиках” речь идет о группе игрушек с “микрочипом интеллекта”, которые, превратившись в крайне опасных механизированных убийц, терроризируют сонный пригород, где живет героиня Данст. На самом деле никаких игрушек на съемочной площадке не было. Данст пришлось делать вид, что она отбивается от маленьких убийц, которых позже пририсовали на компьютере.

При всей необычности этой истории Данст сыграла “крутую” девчонку, что, как она говорит, было одним из самых неожиданных ходов в ее карьере. Ее героиня Кристи ездит на мотоцикле, умеет за себя постоять и несколько раз спасает влюбленного в нее мальчика. На пресс-конференции, посвященной премьере “Солдатиков”, Данст сильно возмутилась, когда ее героиню назвали “подружкой героя”. “Мы с ним полноправные партнеры на экране, – сказала она про актера Грегори Смита. – В самом начале фильма его герой Элан – полный неудачник, и мне приходится выручать его, когда он попадает в малоприятные ситуации. Женская роль здесь сильнее мужской!” Съемки “Солдатиков” проходили в очень сжатые сроки, так как режиссер должен был успеть вставить в фильм огромное количество спецэффектов. Данст к этому времени считала себя ветераном в области работы со спецэффектами – еще бы, ведь она снималась в “Джуманджи”! – но она и представить себе не могла, на что себя обрекает.
ебя обрекает. “В “Джуманджи” мне практически не приходилось взаимодействовать с компьютерными образами, – объясняет она. – А здесь я должна была лежать на полу, делая вид, что на меня залезают куклы Барби, полные воинственных намерений. Мне приходилось воображать, что они втыкают в меня вилки и ножи. На самом деле меня снимали соло, а потом дорисовывали кукол на компьютере. После каждого дубля я думала только об одном: если эти кадры показать кому-нибудь без компьютерных дорисовок, меня сразу же отправят в психушку. И будут правы!”

Данст не довелось встретиться на съемках с Томми Ли Джонсом, озвучившим главаря солдатиков-убийц. “Во время съемки его голосом говорил кто-нибудь из кукольников, – вспоминает она. – Часть сцен снимали “живьем”, то есть с обычными куклами, часть – без них. Все зависело от того, насколько сложными должны быть кукольные жесты. То, чего кукольники не могли добиться с помощью дистанционного управления, рисовали на компьютере. Кадр перед этим размечали особенно тщательно, а меня предупреждали, чтобы я ни на миллиметр не сдвигалась в сторону от определенной мне позиции”. Отца героини сыграл Фил Хартман. До этого они вместе работали в фильме “Жадный” и участвовали в озвучении анимационной ленты “Служба доставки Кики”, и всякий раз Хартман играл ее отца. Незадолго до премьеры Хартман трагически погиб от руки жены, и его смерть потрясла всю Америку. “Когда я об этом узнала, мне стало так страшно… – говорит Данст. – С тех пор, прощаясь с кем-либо, я постоянно спрашиваю себя: а вдруг это в последний раз?”

И в этом нет никакой наигранности. При всей своей детской непосредственности Данст обладает взрослым умом и взрослыми амбициями. Она часто повторяет, что собирается не только играть, но также продюсировать, ставить и писать сценарии. Вы полагаете, что такое желание удивительно для 17-летней девушки? Так вот – впервые Данст заявила об этом в 12-летнем возрасте! Впрочем, не исключено, что она мечтала об этом и раньше – просто тогда это ее высказывание было впервые обнародовано в многочисленных интервью и статьях, расточавших похвалы юной исполнительнице. Тот памятный 1994 год стал переломным для юной актрисы. Ирландский режиссер Нил Джордан, приступая к экранизации романа Энн Райс “Интервью с вампиром”, должен был обойти множество подводных айсбергов: нежелание Райс, чтобы роль старейшего вампира исполнил белозубый улыбчивый Том Круз; смерть Хоакина Феникса, который должен был играть журналиста-интервьюера; роман Брэда Питта и Тэнди Ньютон, игравшей одну из первых жертв вампирских страстей… Но труднее всего было найти исполнительницу роли Клодии, которой предстояло показать преображение героини из невинного ребенка в многоопытную вампиршу, бунтующую против своего “заключения” в детском теле.

Джордан выбрал Данст почти из тысячи кандидаток. Сначала были фотопробы; потом она дважды в одиночестве проходила кинопробы. “Во второй раз мне дали самый сложный отрывок, – вспоминает она. – Сцену, в которой Клодия осознает, что вечно останется ребенком”. Через несколько дней Данст пригласили на кинопробы с партнерами. И наконец, пришел день, когда сообщили, что роль Клодии досталась ей. “Мы не просто обзванивали друзей и хвастались! – вспоминает Данст. – Мы всей семьей объезжали их на машине – делали визиты специально для того, чтобы рассказать о наших успехах!” Она говорит так потому, что убеждена: ее успехи – это и успехи ее матери Инес, всячески поощрявшей Кирстен в ее амбициях. “Мама – замечательная женщина, – говорит Данст. – Она всегда и во всем поддерживала меня. Всячески помогала. Возила на машине на съемки, на пробы, на фотосеансы”. Кирстен Данст родилась 30 апреля 1982 года в городке Пойнт-Плезант, штат Нью-Джерси. Ее мать Инес была художницей, которая после рождения двоих детей (Кирстен и ее младшего брата Кристиана) стала домохозяйкой. Отец Клаус работал в медицинской компании и содержал семью. В детстве Кирстен не могла выговорить своего имени, поэтому все называли ее Кики. “Мама говорит, что, когда меня еще возили в коляске, к нам подходили люди и говорили: такую крошку нужно снимать в рекламе, – рассказывает Данст. – Я точно помню, что в магазинах к нам подходили какие-то люди и советовали мне заняться модельным бизнесом, но это конечно же было много позже. А в 5-6 лет я разыгрывала сценки для мамы, брата и кузин. Мама всегда говорила, что я с самого начала знала, чем буду заниматься”.

Джейн Кроник из агентства юных талантов познакомилась с Кирстен, когда той было 3 года. По воспоминаниям Кроник, уже тогда эта девочка была “изумительной актрисой”. Она сразу же сказала Инес Данст, что ее дочь сможет многого добиться в шоу-бизнесе – разумеется, если у нее возникнет такое желание. Ответ трехлетней малышки был однозначен: она хочет работать в шоу-бизнесе и будет делать все, что нужно для успешной карьеры. В 3 года Кирстен сыграла в своем первом рекламном ролике. В последующие годы она снялась более чем в ста рекламных клипах, работала фотомоделью, училась на актерских курсах. Она стала одной из самых работящих моделей в агентстве Эйлин Форд, но к 6 годам решила, что мир рекламы немного тесноват для нее, и начала ходить на кинопробы. Правда, агентство она не бросила, поскольку реклама приносила деньги… В 1989 году 7-летняя Кирстен дебютировала в кино. Ее “крестным отцом” стал Вуди Аллен, снявший ее в эпизоде “Нью-йоркских историй”.

Как только ее дочь сделала первые шаги в шоу-бизнесе, Инес наняла менеджера, и он до сих пор ведет все дела Кирстен Данст. Деньги, которые зарабатывала Кирстен, тратились на ее учебу на актерских курсах. Кроме того, Инес старалась накопить какую-то сумму, чтобы в будущем можно было бы оплатить обучение Кирстен в университете. Почти каждый день Инес самолично возила дочь на машине в Нью-Йорк – на занятия, пробы и прослушивания. “Каждое утро повторялось одно и то же, – вспоминает Данст. – Я еду на заднем сиденье и одновременно повторяю тексты нескольких ролей для нескольких кинопроб. И заодно пытаюсь выучить уроки!”
При этом она оставалась обычной озорной девчонкой. Данст до сих пор со смущением вспоминает тот вечер, когда мама оставила ее дома вместе с подругой Молли и попросила присмотреть за братом. Когда мальчик уснул, Кирстен и Молли, давясь от смеха, накрасили ему ногти розовой помадой. Данст не любит говорить о разводе родителей. Судя по скупым намекам, отцу не нравилось то, что мать поощряет увлечение дочери, которое он считал блажью, мешающей ей учиться и вести нормальную жизнь. Так или иначе, вскоре Инес пришлось в одиночку воспитывать двоих детей, и Кирстен стала главным добытчиком денег в семье. Конечно, отец платил им алименты, но гонорары дочки были на порядок выше. Тем не менее мать настояла на том, чтобы Кирстен училась в обычной школе. “Мама говорила, что я не должна делать себе никаких поблажек, – вспоминает Данст. – Она считала, что я обязана быть первой во всем – в том числе и в учебе в школе. Я старалась, но математика мне никогда не давалась. Я до сих пор ее ненавижу! Зато по английскому и истории у меня не было проблем”.

Кирстен пришла в школу, зная грамоту: на съемках ей пришлось научиться читать тексты. “Мне нравилось стоять перед фотокамерой, – вспоминает она. – Я тешила себя надеждой, что когда-нибудь смогу не только стоять, но и двигаться, и говорить. Не зря же я два раза в неделю занималась с педагогом, который учил меня всему этому!” Кирстен приходилось сниматься и с кошками, и с собаками; она могла прийти абсолютно без подготовки и изобразить по воле фотографа или режиссера любую гамму чувств. Позже многие знаменитые партнеры Данст поражались зрелости ее актерского таланта. “Мы все удивлялись ее цельности и уровню мастерства”, – говорил Том Круз после “Интервью с вампиром”. “Кирстен пришла на съемочную площадку “Джуманджи” законченной актрисой, – вторит ему Робин Уильямс. – Обычно, работая с детьми, стараешься придумать, каким образом помочь им раскрепоститься и забыть о камере. А с Кирстен я уже через час забыл об этом. Она вела себя как истинная профессионалка! Но между дублями она была обычным ребенком”. Данст признается, что поначалу работа с Уильямсом повергла ее в смятение. Дело в том, что знаменитый лицедей, начинавший карьеру в клубах и на ТВ и привыкший к постоянной импровизации перед камерой, не мог из дубля в дубль повторять один и тот же заранее отрепетированный текст. Режиссер Джо Джонсон предупреждал, что при работе с детьми нельзя все время импровизировать. Уильямс клялся, что исправится, однако не мог совладать с давней привычкой и с первого же дня съемок начал нести отсебятину.

“Сначала я обалдела, – со смехом вспоминает Данст. – Такой знаменитый актер – и не помнит своих реплик! Ему же платят по 20 миллионов за роль! Неужели за такие деньги нельзя выучить текст? Но постепенно я научилась подстраиваться под него. Под конец мне это даже понравилось. Раньше я никогда не отходила от написанного на бумаге и гордилась тем, что могу быстро заучить длинный текст. А тут я вдруг поняла, что в роль можно добавлять что-то от себя. Я невероятно благодарна Робину за этот урок. Он всех нас увлекал за собой!” Когда на съемках “Джуманджи” в работе объявляли перерыв, Данст отправлялась в свой трейлер, чтобы сделать уроки. И это для нее было сущим наказанием: ведь Уильямс так замечательно хохмил и развлекал всю труппу своими шутками! “Мне казалось, что я, в отличие от остальных, работаю сразу на двух работах, – с улыбкой вспоминает сегодня Данст. – Все шли отдыхать, а мне нужно было еще решать задачи!”

На съемках “Джуманджи” она столкнулась со спецэффектами во всей их сложности (хотя уже на “Интервью с вампиром” ей пришлось познакомиться с некоторыми киночудесами). “Это было так забавно – смотреть на вещи, которых на самом деле нет, – вспоминает Данст. – Все почему-то боялись, что мне это будет трудно. Но это было просто и легко”. Гораздо труднее было сниматься в бассейне – актеры провели там целых две недели. “Я сама выполнила все свои трюки”, – с гордостью говорит Данст. Однако она умалчивает, что для этого с ней три месяца занимался тренер по плаванию. Юная актриса избегает говорить о сложностях не потому, что не любит жаловаться. Просто для нее такая подготовка к роли в порядке вещей – иначе и быть не может. Вместо жалоб на трудности – юмористические истории. Юная актриса с усмешкой рассказывает, о том, от чего мурашки бегут по коже.
“Эти аллигаторы, которые вокруг нас плавают в фильме, – самые что ни на есть настоящие. Честное слово. Они были дрессированные, конечно, но все равно… Аллигаторы все время пытались выбраться из бассейна, потому что вода была грязная и холодная, дрессировщики же загоняли их обратно. А мы, актеры, даже не пытались выбраться. Мы были лучше выдрессированы! Приходилось проводить в воде по 12-14 часов в день и перекусывать, не вылезая из бассейна. Порой мне казалось, что аллигаторы посматривали на нас с живым интересом. Но все же они нас не тронули. Наверное, потому, что от нас противно воняло резиной – нам выдали прорезиненные костюмы для съемок, от них все тело чесалось и болело”.

И тем не менее Данст уверяет, что вынесла со съемок самые замечательные воспоминания. А заодно и сувениры. Со съемочной площадки она унесла на память осколок хрустальной люстры, маленький барабан и игрушечного слоненка. “Интервью с вампиром” сделало Данст звездой в эстетском кругу. “Джуманджи” принес ей славу подросткового кумира. Однако Кирстен Данст твердо решила, что не позволит славе испортить ей жизнь. Хотя мать вскоре после первых успехов перевезла ее в Калифорнию, Кирстен продолжала учиться в обычной школе, дружила с одноклассниками, выступала на школьных парадах. “После “Джуманджи” ко мне несколько раз подходили маленькие ребята из младших классов и просили автограф, – вспоминает она. – Но мои одноклассники держались очень хорошо. Никто не дразнил меня, никто не подлизывался. Для них я осталась просто Кирстен”. По словам Данст, пока она не собирается ничего менять, а по окончании школы намеревается поступать на отделение кино либо в Нью-Йоркском, либо в Лос-Анджелесском университете. Ее идеал – Джоди Фостер. “Я мечтаю обрести ее силу и уверенность в себе”, – говорит Данст.

Ее часто спрашивают, кем бы она стала, если бы не была актрисой. Отвечая на этот вопрос, Данст обычно называет широкий спектр профессий: режиссер, сценарист, художник, фотограф, дизайнер. Помимо всего прочего, она неплохо танцует и играет на гитаре. В настоящее время ее мечта – научиться верховой езде. Сильно ли досаждают ей поклонники? “Меня часто узнают на улицах, – говорит Данст, – и иногда просят автограф. Поклонники – это люди, благодаря которым ты становишься знаменитой, и я считаю, что обязана идти им навстречу. Я знаю, что среди писем, которые мне присылают, есть и грязные послания, но я их не читаю. Все письма сначала просматривает менеджер и передает мне только те, с которыми, по его мнению, мне следует познакомиться. Я понимаю, что, став знаменитой, значительно сузила рамки своей личной жизни, но что поделать? Даже когда выходишь на улицу за покупками, ты невольно открываешь людям часть своей жизни”.

Мама договорилась с Кирстен, что до 15 лет та не будет ходить на любовные свидания. За прошедшие после 15-летия два года Данст несколько раз видели в компании Джейка Хоффмана (сына Дастина Хоффмана), но оба категорически отказываются говорить о своих отношениях. Когда же Данст спрашивают о бойфренде, она смеется и говорит, что у нее нет времени на мальчиков. В прошлом году она впервые работала по “взрослому” графику. Оба ее последних фильма, “Дик” и “Самоубийства девственниц”, снимались в Канаде, а по канадскими законам 16-летние имеют право работать наравне со взрослыми. Иногда она ложилась спать в 2, в 3 часа ночи. “Но зато здесь я впервые работала со своими сверстниками, – говорит Данст. – Мне было с кем поговорить о девчоночьих проблемах!”

В политической комедии “Дик” Данст играет школьницу, которая накануне Уотергейтского скандала оказывается с группой на экскурсии в Белом доме и невольно становится участницей событий, потрясших Америку. А в “Самоубийствах девственниц” речь идет о драмах в семьях, связанных между собой незримым роком. Непохожие проекты, непохожие роли… Данст говорит, что намерена и в будущем чередовать крупнобюджетные и малобюджетные проекты, комедии и драмы, большие роли и маленькие. Что бы она могла посоветовать тем, кто делает свои первые шаги в шоу-бизнесе? “В индустрии развлечений страшная конкуренция, – говорит Данст. – Если вы собираетесь посвятить этому жизнь, заранее готовьтесь к тому, что отказов будет гораздо больше, чем предложений. Помню, было время, когда я за месяц ходила на 20-30 проб, и всякий раз получала отказы. Главное – не отчаиваться и не опускать руки!”

Статьи про актеров

Комментарии закрыты