elizabet shuКарьера Элизабет Шу четко делится на два периода: до фильма «Покидая Лас-Вегас» и после фильма «Покидая Лас-Вегас». Она выросла в городке Орандж, штат Нью-Джерси. Ее родители – отец-юрист и мать-банкир – развелись, когда Элизабет было девять лет. Выросшая в компании трех братьев, она к 16 годам имела такой чистенький и невинный вид, что ее взяли на «роль» миленькой продавщицы в серию рекламных роликов Burger King. Реклама проложила ей дорогу в кино: Элизабет сначала изображала милых девчонок из предместья в фильмах «Парень-каратист» и «Приключения приходящей няни», а затем, перейдя на взрослые роли, точно так же играла милых благоразумных девушек («Коктейль» и «Назад в будущее-2,3»). Правда, в «Мыльной пене» она сыграла настырную актрису, но после этого вернулась к ролям благочинных барышень в фильмах «Привычка жениться» и «Сердце и души».

Когда Шу блестяще справилась с мрачной и чрезвычайно сложной ролью в ленте «Покидая Лас-Вегас» (1995), удивлению голливудцев не было предела. И хотя она не получила «Оскар», все считали, что отныне Шу прочно вошла в верхний эшелон звезд и отныне будет играть в лучших голливудских проектах. Вместо этого она снялась в нескольких некоммерческих лентах («Эффект спускового крючка», «Пальметто», «Кузина Бетт», «Молли»), средней комедии Вуди Аллена «Разбирая Гарри» и крупнобюджетном триллере Филипа Нойса «Святой», успех которого в лучшем случае можно назвать скромным.
Этим летом Шу предстает перед нами в крупнобюджетном фантастическом фильме «Невидимка», густо нашпигованном спецэффектами. Фильм поставил Пол Верховен, имеющий в своем активе такие блокбастеры, как «Основной инстинкт» и «Вспомнить все»; партнером Шу стал Кевин Бэйкон, один из лучших «плохих парней» 90-х. Возможно, «Невидимка» сделает для карьеры Шу то, чего не смог сделать «Святой»: переведет ее в ранг актрис класса «А».

Чтобы взять интервью у Шу, я, как это ни странно, встретился с ней в Гарвардском университете. Она вернулась в свою alma mater, чтобы закончить, наконец, курс обучения, начатый 19 лет назад. Шу намерена получить диплом по специальности «политология и государственное управление».
В коридоре Charles Hotel, где я «подхватываю» ее на ходу, она кажется такой же запыхавшейся старшекурсницей, как и все, кто нас окружает. Но в отличие от однокурсников, Шу – 36 лет, у нее есть двухлетний сын Майлс и муж, режиссер Дэвис Гаггенхайм (фильм «Сплетни»). И еще одно отличие: она 20 лет работает в Голливуде, а в нынешнем году снялась в одном из летних блокбастеров.

Лоуренс Гроубел: Что заставило вас вернуться в Гарвард?

Элизабет Шу: В Голливуде очень трудно найти роль, в которой исполнителю пришлось бы пошевелить мозгами. Кроме того, я чувствовала, что мне нужно как-то изменить мою жизнь. Я хотела заняться тем, что приносило бы какую-то пользу окружающим. Мне хотелось больше общаться с молодежью. С подростками. Тем более что у меня есть мечта – стать когда-нибудь учительницей.

– Вы готовы ради этого
отказаться от актерской карьеры?

– Рано или поздно настанет время, когда я не смогу играть роли, которые мне интересны. Но я не могу смириться с тем, что моя профессиональная жизнь закончится в тот день, когда передо мной возникнет необходимость обратиться за помощью к хирургу-косметологу.

– Многие актрисы с возрастом начинают заниматься режиссурой и продюсированием…

– Наверное, мне была бы интересна документалистика. Я, кстати, вернулась в Гарвард еще и потому, что мой муж решил снять документальный фильм о начинающих учителях. Он делает его практически на свои деньги. Я вижу, как мой муж буквально расцветает на глазах оттого, что занят любимым делом, и это заставляет меня переосмысливать свою жизнь и свои поступки.

– Вас узнают в студгородке?

– Не знаю. В молодости я часто задумывалась об этом – узнают меня на улицах или нет? Сегодня я уверена, что меня никто не узнает.

– Итак, заканчивая Гарвард, вы еще и играете ученую даму в «Невидимке». Что заставило вас взяться за этот проект?

– Мне было трудно найти такие роли, какие я играла в фильмах «Молли» и «Покидая Лас-Вегас», поэтому я приняла решение сняться в «Невидимке». До сих пор мои персонажи никогда не проявляли героизма в прямом смысле этого слова.

– И каково это – сниматься с невидимым героем?

– У нас были совсем не такие спецэффекты, как в большинстве фильмов, где актеры играют на фоне синей стены. Практически в каждой сцене я снималась вместе с Кевином – и это было замечательно. Я могла смотреть ему в глаза. В большинстве сцен его убирали с пленки позже, с помощью компьютерных эффектов, но во время съемок он был на площадке.

– Можно ли сказать, что «Невидимка» – это фильм ужасов?

– Элементы ужаса в нем конечно же есть, но это не хоррор в чистом виде. Правда, крови в «Невидимке» много.

– Если бы вы стали невидимкой, что бы вы сделали, куда бы пошли?

– Наверное, навестила бы старых бойфрендов, посмотрела бы, как они сегодня живут.

– Вам понравилось работать с Полом Верховеном?

– Это уникальный, исключительный режиссер, но работать с ним порой было мучительно. Он один из тех перфекционистов, о которых я до сих пор только читала. Пол – очень страстный человек, он гораздо душевнее, чем кажется на первый взгляд.

– Ваш первый большой успех датируется 1995 годом, когда вас номинировали на «Оскар» за фильм «Покидая Лас-Вегас». Вам не казалось тогда, что к 2000 году у вас за плечами будет как минимум еще один великий фильм?

– Нет, нет. Правда, я думала, что с течением времени мне будет проще работать. Но все шло так же, как и всегда. Впрочем, было бы странно, если бы все мгновенно изменилось. Ведь моя карьера всегда была далека от идеальной.

– Как вы думаете, почему?

– Любой кинопроект – это выстрел вслепую. Это вечная загадка – что получится, когда фильм будет собран из кусочков. Я никогда не могла «вычислить» результат заранее. Я не знаю, как нужно выбирать проект. Единственное, что может сделать актриса – это найти в своем персонаже то, что ей хотелось бы пережить в реальности.

– Поговорим о ваших ролях. Вам не кажется, что фильм «Эффект спускового крючка», снятый на независимой студии, был незаслуженно обойден вниманием?

– Я восхищаюсь режиссером фильма Дэвидом Куппом и счастлива, что мне удалось сыграть в его ленте. Кто знает, почему те или иные фильмы не имеют успеха?

– Вам понравилось сниматься у Вуди Аллена в картине «Разбирая Гарри»?

– Я тогда сделала правильный выбор.

– Следующим фильмом был «Пальметто». Почему вы решили в нем сняться?

– Мне предоставилась возможность сыграть героиню, которая не уверена в себе, не имеет корней и ни за что не отвечает. К тому же я очень хотела работать с Вуди Харрелсоном, с которым мы были друзьями. Поэтому я рискнула и нырнула в проект с головой.

– Вы были разочарованы «Святым»? Ведь это был ваш первый крупнобюджетный проект с 1990 года, когда вы снялись в фильме «Назад в будущее-3»…

– Самый неприятный аспект «Святого» заключается в том, что моя героиня должна была умереть, и я играла ее, исходя из этого. Но после тест-просмотров, когда выяснилось, что публике такой финал не понравился, конец пересняли, сохранив ей жизнь и здоровье. Разумеется, я ни за что не стала бы играть ее такой наивной и невинной, зная, что ее оставят в живых! (Смех.) Я не очень многого ждала от этого фильма.

– Следующим вашим фильмом была «Кузина Бетт». В нем есть сцена, в которой вы и Эйден Янг обнажены и мажете друг друга шоколадом и взбитыми сливками. Режиссер Дес Макануфф говорил, что вы ни секунды не колебались, решая, стоит ли вам сниматься в этой сцене.

– Совершенно верно. Это было очень забавно.

– Вы не боитесь обнаженки?

– Нисколько. Но я никогда не буду сниматься обнаженной, если в этом нет необходимости. Смотрите: В «Кузине Бетт» я играю куртизанку, в картине «Покидая Лас-Вегас» – проститутку. В «Молли» был трудный момент. Они хотели пригласить дублершу, но я решила, что все сделаю сама, хотя, посмотрев на себя в зеркало, подумала, что не вполне готова к тому, чтобы показать другим свое тело.

– Трудно ли было играть аутичную женщину в «Молли»?

– Это было одно из самых прекрасных испытаний в моей жизни. Молли хочет, чтобы ее любили. Я вошла с ней в контакт, потому что в то время была не очень-то уверена в себе.

– От какого из ваших фильмов вы не ждали ничего хорошего?

– От ленты «Покидая Лас-Вегас». А он стал самым важным фильмом в моей карьере.

– Вы считаете, что такая роль вам больше не подвернется?

– Да, я с болью вынуждена это признать.

– Однажды вы заметили, что играли эту роль, основываясь на болезненных воспоминаниях о вашем сексуальном прошлом. Вы не могли бы чуть подробнее рассказать об этом?

– Конечно, мое прошлое не было таким же, как у проститутки Серы – ничего подобного! Я хотела сказать о другом, о том, что в молодости я многого не понимала и считала себя совершенно никудышной. Чтобы почувствовать себя сильной, мне приходилось притворяться сексуально раскованной. Вот тогда я и поняла, что сила женщины – в ее сексуальности.

– Кто рассказал вам о сексе: родители, братья или друзья?

– Друзья. И немножно – братья. Родителям неудобно говорить с детьми о сексе. Интересно, как я поведу себя, когда придет время коснуться этой темы. Наверное, я буду говорить о сексе так открыто, что мой сын застесняется.

– Когда-то вы говорили, что боитесь стареть.

– Ничто человеческое мне не чуждо. Но я уже старею и не могу сказать, что очень боюсь этого.

– Вы не подумывали о пластической операции?

– Я никогда ни от чего не зарекаюсь.

– С кем из актеров вам хотелось бы работать?

– Не знаю, стоит ли называть имена, которые звучат, как волшебные мечты.

– Мечтать не вредно.

– О’кей. Дэниел Дэй-Льюис и Шон Пенн.

– Однажды вы сказали, что именно ваш муж Дэвис
Гаггенхайм впервые заставил вас серьезно отнестись к
актерской игре. Как это
произошло?

– Когда мы познакомились, нам было по 27 лет. И каждый из нас в те времена должен был решить очень важные жизненные проблемы. Дэвис был продюсером на кинокомпании Outlaw Productions, но хотел стать режиссером и поэтому оставил свою прежнюю профессию. Он принял очень мужественное решение, потому что у него была выгодная работа и его все уважали. Дэвис стал снимать документальные фильмы. Это не приносило ему ни денег, ни славы. А я никак не могла понять, что мне нужно найти настоящего преподавателя актерского мастерства и научиться играть по-настоящему. Но потом, убедившись в прочности наших взаимоотношений, я рискнула и сделала те шаги, которые способствовали моему профессиональному росту.

– Вы с Дэвисом сразу же влюбились друг в друга?

– Едва его увидев, я уже знала, что выйду за него замуж.

– А он?

– Он клянется, что долго не понимал того, что мы созданы друга для друга – но он врет! (Смех.)

– А как вы познакомились?

– В кегельбане. Я долго смотрела на него, надеясь, что он ко мне подойдет. Он не подошел. Тогда я сама подошла к нему и спросила, не хочет ли он выпить чашечку кофе. Он согласился, и мы протрепались до шести часов утра. На следующий день мы снова встретились, а через две недели я переехала к нему. И с тех пор мы вместе.

– В Интернете опубликована ваша биография; в ней сказано, что через два года после свадьбы вы на некоторое время расстались, а потом снова стали жить вместе. Так что же тогда произошло?

– Об этом написано в моей биографии? Странно. Люди сами не знают, что пишут. Вся эта история – вранье.

– Какая история?

– Сплетни о том, что у меня был роман с Вэлом Килмером на съемках «Святого». Это было самое неприятное время в моей жизни. Некоторые люди до сих пор считают, что мы с мужем тогда едва не развелись.

– Вы всегда отрицали этот факт, а Килмер играл в молчанку. Почему?

– Наверное, потому, что его это практически не коснулось. Это коснулось только меня.

– Но почему все решили, что у вас с Килмером роман?

– Мы вместе ходили на Уимблдонский турнир. Вэл приехал с дочерью, и мы разгуливали, держа девочку за руки. Он – за одну ручку, я – за другую. Ну прямо образцовая семья. У нас с Вэлом действительно были очень хорошие отношения, мы много разговаривали, смеялись. А когда наши фотографии появились в прессе, оставалось только придумать подписи под ними.

– Ваш муж поверил в эти сплетни?

– Нет. Но его это сильно задело, потому что все вокруг решили, что это правда. Кстати, в основу фильма «Сплетни», который снял Дэвис, положена наша история.

– Во многих интервью вы говорили, что вели «дикую» жизнь, но отказывались приводить какие-либо примеры.

– По правде говоря, все, что я делала, казалось мне ужасно бунтарским. Но по сравнению с остальным миром я была почти пай-девочкой.

– Вы считали себя хорошенькой?

– Нет. Долгое время я вообще не чувствовала себя существом женского пола.

– После выхода фильма «Покидая Лас-Вегас» ваша мать сказала, что в этом фильме увидела в вас ту одинокую девочку, какой вы были всегда.

– Она говорила, что увидела во мне страдающего человека, но я не думаю, что она видела это во мне, когда я была подростком.

– Сильно ли повлияла на вас смерть вашего брата Уилла в 1988 году?

– Да. Его смерть сразу же отсеяла все маловажное. Я перестала бежать от себя.

– Вы часто думаете о нем?

– Все время.

– Когда вы стали посещать психотерапевта?

– После того как встретилась с Дэвисом. Он убедил меня, что это пойдет мне на пользу. Это был поворотный пункт в моей жизни.

– Когда ваш брат Эндрю прославился в сериале «Мелроуз-Плейс», вы ему завидовали?

– Сначала я была ужасно удивлена. Ведь актриса в нашей семье это я! (Смех.) Потом все вошло в привычную колею. Эндрю быстро надоело сниматься, для него это было преходящим увлечением. Сегодня он работает в организации «Сделай что-нибудь». Там разрабатываются учебные программы для людей, которые хотят быть лидерами. Его работа заставляет меня задуматься о том, чем я занимаюсь. (Смех.)

– Может быть, именно поэтому вы и решили закончить учебу в университете? И, кстати, почему вы выбрали именно политологию?

– Я приняла это решение 19 лет назад. В то время я рассчитывала пойти по стопам отца и стать юристом. Мне хотелось работать адвокатом. В те годы я и представить себе не могла, что стану профессиональной актрисой.

Статьи про актеров

Оставьте свой комментарий

Имя: (обязательно)

Почта: (обязательно)

Сайт:

Комментарий: