Fisher Carrie Вновой серии “Звездных войн” Кэрри Фишер осталась за кадром. Актриса, которая на протяжении первых трех серий играла главную женскую роль, на сей раз работала на проекте в качестве сценарного доктора. Сама Фишер называет себя cценарным доктором, “сценарной медсестрицей”. Ее специализация – женские роли.

Точнее, плохо написанные женские роли. Она “накачивает” их запоминающимися репликами, эффектными виньетками и забавными деталями, которые порой говорят о героях больше, чем длинные монологи о прошлой жизни. В новых сериях “Звездных войн” Фишер проведет сквозь самые напряженные коллизии принцессу Падме, будущую королеву Амидалу, которую играет юная Натали Портман. В первом фильме героине 14 лет, во втором будет 24, в третьем… впрочем, Кэрри Фишер не любит заглядывать далеко вперед. Она предпочитает жить сегодняшним днем и радоваться тому, что у нее есть сейчас.

А имеется у нее не так уж мало: стабильный заработок (сценарным докторам платят по сотне тысяч долларов в неделю), любимое занятие для души (Фишер пишет язвительные романы, которые пользуются успехом) и обожаемая дочка Билли Кэтрин, которая снялась в новых “Звездных войнах” в роли какого-то эпизодического представителя карликовой галактической расы. Премьера нового фильма “Звездные войны: эпизод I – Призрачная угроза” снова вывела Кэрри Фишер на авансцену шоу-бизнеса. Ее судьба поистине уникальна: действительно, много ли актрис, ставших сценаристками? Кэрри Фишер не хотела славы. “Я никогда не представляла себя находящейся в центре внимания, – говорила она после первых успехов в кино. – Я знала, что легко могу рассмешить любую компанию, но в те годы, когда начинала карьеру, никому и в голову не могло прийти, что девушка способна стать эстрадной юмористкой. А на красавицу я никак не тянула. Чтобы быть кинозвездой, нужно любить смотреть на себя в зеркало, а мне это совсем не нравилось”.

Ее можно понять – с самых ранних лет Фишер имела возможность наблюдать изнанку шоу-бизнеса во всей ее неприглядности. Кэрри Фрэнсис Фишер родилась 21 октября 1956 года в столице шоу-бизнеса – Лос-Анджелесе. Она была первым ребенком в семье актрисы и певицы Дебби Рейнольдс и певца Эдди Фишера. Первое время отец глаз не мог оторвать от своей ненаглядной дочки, но через полгода он уехал в Нью-Йорк, где его ждала работа; Дебби Рейнольдс не захотела за ним последовать, потому что ей нужно было сниматься в Голливуде. Первые детские воспоминания Кэрри Фишер о том, как она стоит у окна и ждет папу, а папа откликается только из радиоприемника. Супруги виделись раз в два-три месяца, но через полтора года после рождения Кэрри у нее появился брат Тодд, и Дебби Рейнольдс стала всерьез подумывать о том, чтобы завершить кинокарьеру и перебраться в Нью-Йорк к мужу. Но тут грянул гром. Все эти годы супруги дружили с Элизабет Тейлор и ее мужем, миллиардером и киномагнатом Майклом Тоддом. Когда Тодд трагически погиб в авиакатастрофе, Эдди Фишер был рядом и первым утешил отчаявшуюся Лиз. Это было довольно трогательно, но затем утешения Эдди зашли слишком далеко. Вскоре он объявил, что обязан быть с Элизабет Тейлор в дни ее горя и оставил семью. Кэрри было два года…

Брак Эдди Фишера и Элизабет Тейлор распался так же быстро, как и совершился, однако домой Эдди не вернулся. Он никогда не присылал детям подарков, никогда не навещал их и не звонил им. Дебби Рейнольдс порой говорила детям, что папа звонил и справлялся об их здоровье, и Кэрри с братом неизменно удивлялись: как же так получается, что папа всегда звонит тогда, когда их нет дома?! Каждый раз на Рождество Дебби Рейнольдс покупала несколько игрушек “от отца” и клала их под елку с подписью “С любовью от папы”. Кэрри быстро вычислила, что у мамы и папы почему-то одинаковый почерк, после этого подарки “от папы” стали приходить вместе с фирменными открытками, на которых были напечатаны стандартные поздравительные фразы.

Кэрри росла не по годам смышленой девочкой. Шоу-бизнес ей не нравился: она видела в нем сплошную искусственность и надувательство. Ее мать волшебным голосом пела ей с экрана, но однажды Кэрри услышала, как Дебби Рейнольдс поет на кухне… “Наверное, я была к ней жестока, – вспоминает Фишер. – Я попросила ее: “Мам, лучше поставь пластинку!” Кэрри было 12 лет, когда мать вышла замуж за обувного магната Гарри Карла. Поначалу дела шли неплохо – Гарри старался быть детям хорошим отцом и беспрекословно выполнял любые прихоти Кэрри и Тодда. Но постепенно азарт и любовь к карточным играм разорили его обувную империю, и семья оказалась на грани нищеты.
Но это произошло позже, а в 60-е годы Дебби Рейнольдс была популярной звездой, а отчим Гарри – богатым меценатом. Кэрри то и дело появлялась в голливудском обществе – всегда в сопровождении матери, и везде ее воспринимали только как дочь Дебби Рейнольдс. Ей это очень не нравилось, и потому она всегда нервничала на вечеринках и раутах. Когда на горизонте замаячили первые признаки семейного банкротства, Дебби Рейнольдс решила отправить дочь на лето в скаутский лагерь. Увы – там Кэрри еще больше не понравилось, потому что все нужно было делать по команде, а она к этому не привыкла. Тем не менее мать всячески поощряла в Кэрри бойскаутские задатки – очевидно, чувствовала, что ее дочери придется когтями и зубами драться за место под солнцем. Каждую среду Рейнольдс заставляла Кэрри проводить в их доме скаутские собрания и всегда присутствовала на них. Кэрри терпела все это ради матери, но позже вспоминала, что “герлскаутство было для нее ужасной пыткой”.

С годами Кэрри все больше становилась для матери не дочкой, а рассудительной и трезвомыслящей подружкой. Она много раз пыталась убедить мать развеcтись с отчимом, который к этому времени, промотав в Лас-Вегасе все состояние, перешел на бриллианты супруги. Дальше – больше: однажды Кэрри, придя домой, обнаружила Гарри в компании “маникюрш и массажисток”, которые оказались дорогостоящими девушками по вызову. “Гарри, я не знала, что у тебя на этом месте растут ногти”, – бросила ему падчерица и удалилась. Боясь, что мать не переживет еще один развод, Кэрри постаралась как-то скрасить ее жизнь. Когда Дебби, у которой теперь было совсем мало денег, стала выступать в лас-вегасских казино с песенно-танцевальными номерами, Кэрри была рядом с ней. Она помогала матери одеваться, гримироваться, повторять тексты; заодно она начала танцевать в кордебалете, чтобы заработать еще немного. Так, почти против своей воли, она сделала свои первые шаги в шоу-бизнесе. Кэрри было 17 лет, когда мать пригласили на Бродвей играть в мюзикле “Айрин”. Она взяла с собой детей, и Кэрри, пройдя прослушивание, получила небольшую роль. Гарри остался в Лос-Анджелесе. “Мне казалось, что на сцене я познакомлюсь с неотразимыми мужчинами, – со смехом вспоминает Фишер. – Они действительно были неотразимы – но все оказались геями!” Через некоторое время она получила предложение поступить в Центральную школу речи и драмы в Лондоне. Кэрри долго доказывала матери, что ей нельзя уезжать, но на сей раз Дебби Рейнольдс проявила волю: дочь не может быть ее вечной сиделкой, она должна посмотреть мир и найти свое призвание.

Кэрри Фишер оказалась единственной американкой на курсе. Два года учебы прошли быстро и весело. Кэрри не уточняет, каким именно забавам предавалась она в Лондоне, но говорит, что вернулась домой более уверенной в себе, рассчитывая на работу телеведущей или телерепортера. Однако вскоре самый знаменитый ловелас Голливуда Уоррен Битти, возжелал снять Кэрри Фишер в сатирической ленте “Шампунь”. Дебби Рейнольдс не хотела, чтобы ее дочь снималась в фильме, где ей по ходу дела придется нецензурно ругаться (в те годы это еще кого-то волновало), но Битти, специально встретившись с Дебби, заверил ее, что проследит за тем, чтобы все было пристойно. Так 19-летняя Фишер дебютировала в одном из самых громких фильмов 1975 года. После “Шампуня” она сыграла в паре проходных телевизионных лент, а затем ее пригласили в самый знаменитый фильм ее жизни – “Звездные войны”. Сегодня существует много версий относительно того, как Фишер попала на роль отважной принцессы Лейи. В самой популярной утверждается, что она “поменялась” ролями с Сисси Спейсек, которая одновременно с ней пробовалась и к Лукасу в “Звездные войны”, и к Брайану Де Пальме в триллер “Кэрри”. Часто можно услышать рассказы о том, что Лукас подбирал актеров в трио героев по принципу взаимодополнения характеров и темпераментов и что Фишер утвердили как девушку, которая удачно вписывается в компанию Марка Хэмилла и Харрисона Форда.

А вот что рассказывает об этом она сама: “Джордж Лукас и Брайан Де Пальма одновременно объявили о прослушивании и о наборе молодых актеров в свои фильмы. Я пошла на пробы в “Кэрри”. Брайан Де Пальма умел разговаривать с актерами, Джордж – нет. По сути дела работу по подбору актеров за Джорджа делал Брайан. Он расспрашивал нас, потом давал текст на пробу. Джордж сидел за его спиной и только поблескивал глазами. Помню, что диалог в сценарии Джорджа был какой-то сюрреалистический – сплошная тарабарщина и бред”. Фишер не особенно стремилась получить роль. Наверное, поэтому она с самого начала повела себя раскованно и агрессивно. Натасканная в английской школе Кэрри без запинки прочитала псевдонаучные фразы так, словно играла в шекспировском спектакле. Затем, вернувшись к нормальной речи, спросила: “Господа, кстати, а на каком языке это написано? И вообще, о чем я только что читала?”

“Джордж ржал минут пять, – вспоминает Фишер. – Брайан тоже укатывался. Потом Джордж попросил меня почитать другую сцену и пообещал, что в ней будет “человеческий” диалог. Я быстро проглядела текст и спросила: “Джордж, а что такое “банта”? Или я должна спросить, кто это такой? Или насколько пристойно это слово? Ты не пойми меня превратно, но нас в школе учили: чтобы понять какие мотивы движут персонажем, нужно понять хотя бы в общих чертах его слова!” Они опять расхохотались и сказали, что я могу идти. Я решила, что в “Звездные войны” меня не возьмут”.
Лукасу и Де Пальме понравилось поведение Кэрри Фишер. Через несколько недель они снова пригласили ее и записали пробы на пленку. Фишер была почти уверена, что ее возьмет Де Пальма, потому что у него в сценарии много женских ролей, а у Лукаса – всего одна. “Когда мне сказали, что меня берет Лукас, я обалдела, – признается она. – Я всегда считала себя пухлой коротышечкой, в сценарии же была роль “прекрасной принцессы”. Меньше всего я могла представить себя героиней космической сказки. Потом Джордж заявил мне: “Сначала мы искали девушку, которая должна была либо быть красивой, либо обладать сильной индивидуальностью. Потом решили, что возьмем девушку с сильной индивидуальностью”. Я сказала: “Ну, спасибо!” Фишер еще не знала, что ее ждет на съемках. Группа сначала работала в Тунисе, где пленка плавилась от жары, а потом все перебрались в пустую студию неподалеку от Лондона. Лукас держался особняком и почти ни с кем не разговаривал. Похоже, что он поначалу побаивался резкой на язык актрисы и потому передавал ей указания через помощников. Однажды он, в частности, попросил, чтобы она сбросила как минимум пять килограммов.

“К концу съемок от меня остались только кожа да кости, – вспоминает Фишер. – Мне потом пришлось садиться на специальную диету, чтобы нарастить мускульную ткань. Не знаю, как я это выдержала. Я ведь была тогда еще совсем глупой и наивной. А прическа, которую для меня придумали? Ужасная – но запоминающаяся. Ужасные вещи всегда хорошо запоминаются. Я хотела предложить другой стиль, но очень боялась, что меня выгонят”. Тем не менее она с теплотой говорит о Лукасе: “Джордж добрый и милый человек, но это начинаешь замечать только после пяти-шести лет общения. Он раскрывается очень медленно. Джордж ненавидит общаться с незнакомыми людьми. Помню, на съемочную площадку приходили какие-то посетители, и все они спрашивали: “А кто тут у вас режиссер?” Коронная история Фишер, которую она впоследствии много раз рассказывала в различных юмористических шоу – о том, как на съемках “Звездных войн” ей заклеивали скотчем соски. Для ее принцессы сшили белое платье, под которым отчетливо просматривалась каждая линия тела. Носить лифчик Фишер запретили – Лукас заявил, что в космосе лифчиков не бывает. В конце концов отдел бутафории нашел выход – соски залепляли скотчем, чтобы они не выпирали.

“Господи, я была уверена, что снимаюсь в самом конфузном фильме моей жизни, – вспоминает Фишер. – Все время мы “взаимодействовали” с кусками картона, на место которых потом подставляли какого-нибудь монстра. Я играю в эмоциональной сцене – на глазах принцессы гибнет ее планета, – а мне приходится смотреть на доску, которую держит дюжий молодец со скучающим лицом!” Но, конечно, труднее всего было с диалогами. Лукас писал не обычные реплики, а возвышенные тирады, которые вызывали у актеров довольно саркастические замечания. Харрисон Форд, например, говорил, что эту чушь даже бумага едва терпит. “К концу съемок мы с Марком немного осмелели и тоже начали подкалывать Джорджа, – вспоминает Фишер. – Мы давали ему написанные им диалоги и просили прочитать их без запинки. После этого он кое-что переделывал. Но он никогда не говорил с нами о наших героях. Единственное, что можно было от него услышать: “Говори побыстрее”. А в самых ответственных случаях: “Побольше чувства!” Однако ко времени съемок третьей серии Фишер заявила, что если ей не придумают в фильме каких-нибудь “женских моментов”, то она объявит в прессе, что принцесса Лейя уходит в монастырь. Лукас очень серьезно отнесся к ее угрозам и в начале третьей серии Лейей завладел галактический пират Джабба – комок протоплазмы с глазами и ртом. Лейя стала его рабыней, поэтому Фишер пришлось снять спецкостюм и облечься в бикини и золотые цепи.

“Интерьеры снимали в Англии в феврале, а в павильоне почти не топили, – вспоминает она. – Но зато через несколько месяцев в Юме, где во время жуткой жары велись натурные съемки, все мужчины страшно завидовали мне и моей дублерше, потому что мы преспокойно загорали”. Фишер с улыбкой вспоминает, что, когда снимался фильм “Возвращение джедая”, Лукас создал на площадке атмосферу особой таинственности и секретности. Поскольку в этой серии происходили развязки многих сюжетных линий, Лукас очень боялся, что фанаты, разузнав все заранее, сделают их всеобщим достоянием, убив тем самым интерес к фильму у обычных зрителей. Поэтому он выдавал актерам текст только накануне съемок. “Если бы это было возможно, Джордж заставил бы всех нас работать с затычками в ушах, – смеется Фишер. – Мы получали свои тексты по страничке, и каждый раз – в запечатанных конвертах. Сначала я ужасно злилась – разве можно, работая таким образом, хорошо сыграть свою роль? Иногда мы просто не могли зазубрить ту чушь, которую нам выдавали с вечера. Мы стали просить Джорджа, чтобы он делал диалоги более удобоваримыми. И можете себе представить: один раз он даже разрешил мне сымпровизировать мою реплику! После этого весь техперсонал стал смотреть на меня с уважением!”
Три серии “Звездных войн” сделали Фишер суперзвездой. “До сих пор я иногда замечаю, как ребятишки смотрят на меня и лишаются дара речи, – говорит она. – Они считают, что я должна жить в космосе”. Кэрри Фишер долго и безуспешно пыталась избавиться от ауры принцессы Лейи. Поначалу она решила, что пойдет-таки по актерской стезе, и даже с успехом сыграла на Бродвее в пьесе “Божественная Агнес” – о монашке, которая убивает свое дитя. Но актерство не удовлетворяло ее амбиций, и Фишер все чаще впадала в депрессию.

Вскоре после умопомрачительного успеха первой серии “Звездных войн” Фишер в качестве гостя пригласили в юмористическое шоу “Прямой эфир в субботу вечером”, где в те годы собиралась компания талантливейших комиков. Самым ярким в тусовке был Джон Белуши – неповторимый юморист и неисправимый наркоман. Белуши и Фишер стали большими друзьями и вместе снялись у Джона Лэндиса в “Братьях Блюз”. К сожалению, одним из следствий этой дружбы стало то, что Белуши постепенно приучил Фишер к наркотикам. Однажды он сказал ей: “Между нами много общего”. Эти слова долго преследовали Фишер после смерти Белуши (он скончался в 1982 году от передозировки). Пару раз Фишер пыталась избавиться от наркозависимости, но каждый раз срывалась. Во время съемок второй серии “Звездных войн” она часто забывала текст и приходила в отчаяние. Смерть Белуши стала для нее большим ударом; она попыталась изменить свою жизнь и в 1983 году впервые вышла замуж. Избранником Фишер стал певец Пол Саймон, с которым она нерегулярно встречалась на протяжении пяти предыдущих лет.

Кэрри Фишер стала гастролировать вместе с ним в качестве бэк-вокалистки и почти сразу же снова села на иглу. Союз с Саймоном не продержался и года – позже Пол говорил, что такую женщину, как Фишер, можно переносить только в малых дозах. Таблоиды злорадно писали, что Саймон покупает кукол, сделанных в виде принцессы Лейи (их можно было приобрести в любом магазине игрушек) и вымещает на них свою злость. Фишер же снова попала в реабилитационный центр. Оказавшись в клинике, она от нечего делать начала сочинять автобиографический роман, выведя себя и своих знакомых под вымышленными именами. В 1987 году книга “Открытки с края бездны” потрясла Голливуд, и о Фишер заговорили как об одной из лучших современных пистельниц. Фраза: “Если жизнь – анекдот, то я – его ударная реплика”, – повторялась везде и всюду. Два года спустя “Открытки…” были экранизированы, и роль главной героини сыграла Мерил Стрип. Дебби Рейнольдс поначалу хотела играть роль матери героини, но режиссер Майк Николс, решив сохранить хотя бы минимальную дистанцию между реальностью и вымыслом, взял вместо нее Ширли Маклейн. Фильм “Открытки с края бездны” стал сенсационным – до сих пор никто не говорил об изнанке голливудской жизни так прямо и с таким сарказмом. Мерил Стрип получила номинацию на “Оскар”.

Вдохновленная успехом Кэрри Фишер написала второй роман – “Капитуляция в розовом цвете” – о своих взаимоотношениях с Саймоном (снова выведя всех реальных людей под вымышленными именами). Саймон был очень разгневан и даже грозился подать на нее в суд за вторжение в его личную жизнь. Однако придраться было не к чему. Но Фишер еще не знала, какой издевательский ход приберегла для нее судьба. В 1990-1992 годах она встречалась с актерским агентом Брайаном Лурдом. В 1991 году Фишер забеременела, а вскоре после рождения дочери Лурд объявил, что бросает ее… ради мужчины. С тех пор Фишер – мать-одиночка. Однажды она сказала, что никогда не рискнет снова связаться с мужчиной. В другой раз, однако, заявила, что будет рада, если ей удастся найти спутника жизни, способного терпеть ее независимую натуру и саркастичный юмор. В 1993 году Фишер выпустила третий роман – “Заблуждения бабушки”, продолжая зарабатывать на жизнь “лечением” сценариев. Как правило, имен сценарных докторов в титрах не пишут, однако известно, что Фишер принимала участие в доработке таких известных проектов, как “Смертельное оружие-3”, “Эпидемия”, “Капитан Крюк” и “Действуй, сестра”. В середине 90-х Фишер пыталась перейти на телевидение и даже начала разрабатывать собственный проект – американский аналог хулиганского английского ситкома “Просто фантастика”. Но соленый юмор Фишер пришелся не по душе телепродюсерам, и проект умер, не успев родиться.

Тем не менее авторитет Кэрри Фишер в сценарных кругах сегодня высок как никогда. Еще бы – ведь “Звездные войны” сегодня обещают стать самым горячим фильмом сезона! Интересно, если бы сейчас у нее была возможность переиграть свою судьбу, пошла бы она на те знаменитые пробы к Лукасу и Де Пальме? “Обязательно. Но перед пробами загримировалась бы под парня!”

Статьи про актеров

Комментарии закрыты