sharliz teron kinoСъемки на натуре в Лагуна-Бич. Полночь, но работа в полном разгаре: трюкачи готовят взрывы, стилисты накладывают грим, а Шарлиз Терон узнает на собственном опыте, что это такое – быть звезд ой.
«Ради Бога, проследите, чтобы на нее не попала ни одна искорка, – умоляет продюсер. – Не забывайте о технике безопасности!»
«Пожалуйста, постарайтесь пустить дым только в последний момент», – напутствует техников режиссер. – Она очень чувствительна к дыму!»

Но если кто-то думает, что «она» – это актриса, он жестоко ошибается. Речь идет о 2000-фунтовой аниматронной горилле, главной героине фильма «Могучий Джо Янг». Это ее синтетический мех чувствителен к дыму и может воспламениться от малейшей искорки.
«Мне порой снится сон, – смеется Шарлиз Терон, – продюсер звонит моей маме и говорит: «Извините, на съемках произошел несчастный случай. Мы могли спасти вашу дочь, но пришлось спасать Джо!»
23-летняя актриса из Южной Африки сидит на самодельной скамейке, подобрав под себя необозримой длины ноги, и нервно ерошит короткие белокурые волосы. Впервые она играет главную роль в большой голливудской постановке. Уточним: главную человеческую роль. «Могучий Джо Янг» – необычный любовный треугольник. Терон играет девушку-сироту, которая становится специалистом по охране окружающей среды и разрывается между пресной цивилизованной жизнью и буколической идиллией в джунглях в компании огромной гориллы, с которой она дружит с детства.
«О, в этом фильме мне нужно сделать трудный выбор! – смеется Терон. – Джо – такая лапочка! Настоящая звезда!»

Джо не единственный объект увлечения героини Терон, хорошенькой и настойчивой Джилл Янг. Она также увлекается антропологом Грегом О’Харой, которого играет Билл Пэкстон. Правда, уточняет Терон, у них даже до поцелуев не доходит – некогда!
«Сценаристы не смогли придумать, в каких местах надо заставить наших героев целоваться, чтобы эти поцелуи вписывались в сюжет. В конце концов режиссер снял «про запас» несколько наших неуклюжих чмоканий, но я уверена, что ни одно из них не попадет в окончательную монтажную версию. Но зато все мои поцелуи с Джо останутся на экране – ни одного не вырежут!»
Если в словах актрисы кому-то померещились намеки на скотоложство, поспешим их успокоить: любовь между Джо и Джилл – чисто платоническая. Джилл Янг – африканская девчонка, мать которой убили браконьеры. По стечению обстоятельств в тот же день была убита и самка обезьяны, у которой подрастал малыш. Сирота Джилл подружилась с сиротой-обезьяной, назвала его Джо и стала считать его своим названым братом. Они росли вместе в глухой африканской деревушке, пока Джо не вымахал ростом с двухэтажный дом. Экспедиция американских зоологов, обнаружившая этот удивительный феномен, убеждает Джилл, что для пользы Могучего Джо его нужно перевезти в лос-анджелесский заповедник, и с этого момента начинаются невероятные приключения героев в каменных джунглях современной цивилизации…

Вышеописанные события в Лагуна-Бич происходили год назад. С тех пор съемки закончились, а дата выпуска «Могучего Джо Янга» переносилась и откладывалась много раз. Наконец, на Рождество 1998 года фильм вышел в общенациональный прокат и… стал скорее разочарованием, нежели триумфом, отступив на второй план на фоне более коммерческих лент. Но Терон говорит, что от этого ее симпатии к фильму не уменьшились (хотя и называет «Могучего Джо Янга» не иначе как «обезьянье кино»).
«Вы знаете, что на всей планете осталось всего 400 горных горилл? – спрашивает она. – Люди не хотят об этом задумываться, но через пару лет может случиться так, что этот вид полностью вымрет. Вот почему мне так хотелось сделать наш обезьяний фильм – потому что он призывает нас не насиловать природу».

Терон не скрывает, что вначале совершенно не хотела сниматься в «Могучем Джо Янге» – ей хотелось, чтобы ее считали настоящей актрисой, а не партнершей обезьяны! Потом Терон пригласили на банкет Общества защиты животных, и она поняла, что фильм может им помочь. «Я устыдилась своего снобизма», – вспоминает актриса. Она решила сходить на пробы к режиссеру Рону Андервуду, но у него к тому времени уже появились другие кандидатуры.
«Он видел только один фильм с моим участием – «Два дня в долине», – вспоминает Терон. – Я играю там крутого наемного убийцу на высоких каблуках. Рон решил, что для роли деревенской девчонки я слишком утонченная и цивилизованная. Я была в ярости. Мне хотелось объяснить Рону, что за исключением истории про обезьяну этот фильм по сути рассказывает обо мне! Рон встретился со мной, но разговаривал без особого энтузиазма, сказав, что ему нужна актриса посмешнее. Вот тогда-то во мне и взыграло самолюбие! Я решила доказать, что умею быть смешной. А через неделю они подписали со мной контракт».

Вскоре после начала съемок Терон убедилась, что работа в «обезьяньем кино» гораздо сложнее, чем кажется на первый взгляд. «Вам когда-нибудь приходилось сниматься с партнером ростом 15 футов? – осведомляется она. – Конечно, Джо далеко до Кинг-Конга, но он впечатляет, не правда ли? Рик (имеется в виду мастер по гриму и спецэффектам Рик Бейкер) создал потрясающую обезьяну – порой я верила, что она настоящая! Она казалась мне полноправным партнером. На ее лице 20 подвижных элементов. Она может надувать губы, поднимать бровь. Можно сделать ей такое выражение лица, словно она вот-вот расплачется. Порой мне не верилось, что Джо – кукла».
Но энтузиазм молодой актрисы по поводу «обезьяньего кино» вовсе не означает, что отныне она будет сниматься только в больших голливудских фильмах со спецэффектами. Почти одновременно с «Джо Янгом» вышел еще один фильм с участием Терон – новая трагикомедия Вуди Аллена «Знаменитость», в котором она сыграла амбициозную глупышку-супермодель.
«Забавнее всего играть нехорошего человека!» – смеется Терон, которая не имеет ничего против расширения своего амплуа.
Актриса говорит, что проект был «типично вудиалленовским».

«Мне так и не удалось увидеть что-либо, хотя бы отдаленно напоминающее сценарий, – уверяет она. – Во время съемок я ни черта не понимала. Кто моя героиня? Какое место она займет в сюжете? Но ты быстро учишься доверять Вуди Аллену. Я бы согласилась работать у него даже уборщицей на съемочной площадке! Но обязательно попросила бы указать меня в титрах».
Терон играет подружку Кеннета Броны, который воплощает в фильме alter ego самого Аллена. Главный герой, мечтающий стать писателем, понапрасну тратит время на светские тусовки, развлечения и прочие «обязанности» звезд. Его красивая и ветреная любовница, каковую изображает Терон, вносит в терзания героя свою лепту, постоянно таская его по модным шоу, магазинам, тусовочным сборищам.
Терон говорит, что хорошо знает эту среду: «Я не в восторге от жизни, которую ведут манекенщицы, потому что сама некоторое время так жила. Пока не сбежала от этого существования».
А как она относится к славе?

«Она меня злит. Иногда я иду по аэропорту, и кто-то начинает на меня пялиться. Или подходит и пытается сфотографироваться со мной в обнимку. Но больше всего меня удивляют письма девочек-подростков, в которых они называют меня образцом для подражания и говорят, что я помогла им изменить жизнь. Мне становится не по себе и хочется ответить им: «Барышни, лучше сходите в зоопарк!» Конечно, в глубине души мне это льстит, но, по-моему, такое обожание – уже на грани патологии. Вам не кажется?»
По словам Терон, она долгое время не сознавала, что слава влечет за собой много неприятных последствий.
«Конечно, уже в детстве я понимала, что существуют знаменитые люди, но я никогда не читала журналы, в которых публиковались интервью со знаменитостями, – говорит она. – Я выросла в Южной Африке, у нас нет и не было никаких «Оскаров». И никто не знал имен актеров, игравших в тех фильмах, которые мы смотрели в кинотеатрах на открытом воздухе. Я росла в убеждении, что актеры – обычные люди, такие же, как мы все».

Шарлиз Терон родилась
7 августа 1975 года в Бенони, ЮАР. Ее отец Шарль по происхождению француз, мать Герда – немка. У родителей была ферма и небольшое строительно-ремонтное предприятие. Шарлиз (она была единственным ребенком) в основном жила на ферме – актриса вспоминает, что ее первыми друзьями были ослики и овцы. «Я очень любила наряжаться в старые тряпки, залезать на деревья, качаться на ветках и воображать себя Шиной – королевой джунглей. Мне ужасно нравилось воображать себя героиней фильма – тем более что при таком раскладе сюжет всегда работал на меня!»
Наверное, потому, что ей было не с кем играть, в Шарлиз очень рано пробудилась любовь к фантазированию, и кино стало идеальным катализатором ее мечтаний и фантазий.

«Я ровно на пять лет отставала от событий в мировом кино, – смеясь, вспоминает она сегодня. – Когда мне было 10 лет, я посмотреля «Сияние» Кубрика. В 13 – «Роковое влечение». Вообще-то, детям такие фильмы смотреть запрещалось, но мама делала очень хитро: мы смотрели фильмы в кинотеатре, куда нужно въезжать на машинах, и мама прятала меня под покрывалом на заднем сиденье. Ей не очень хотелось показывать мне «Роковое влечение», но накануне у нас состоялся Большой Разговор О Сексе, по ходу которого мама тщетно пыталась все объяснить на примере пчел и цветов. В конце концов она махнула рукой и сказала: «Ладно, завтра посмотришь, что бывает у людей!» Я ужасно благодарна маме за ее смелость. Легче всего сказать ребенку, что он слишком мал, чтобы все понять. Гораздо правильнее, по-моему, объяснять загадки жизни с помощью кино».

Кино стало для Шарлиз и средством познания жизни, и тайной мечтой. «Я всегда была влюблена в кино, – вспоминает она. – В 9-летнем возрасте я посмотрела «Всплеск» с Томом Хэнксом и впервые испытала приступ ревности. Я смотрела на длинноногую блондинку – тогда я еще не знала, что ее зовут Дэрил Ханна – и злилась: «Кто эта девушка? Почему не я на ее месте?!» Мне хотелось быть красавицей, разбивающей сердца всех мужчин».
Она также вспоминает, как играла со старыми просроченными чековыми книжками, которые отдала ей мать. «Я притворялась, что вышла замуж за кинозвезду и мы собираемся снимать фильм. Я выписывала чеки на постройку декораций, гонорары режиссеру и оператору, хореографу и артистам кордебалета».

Последние профессии упомянуты не случайно: ведь Шарлиз собиралась стать музыкальной звездой. С четырех лет она занималась балетом, и ей прочили большое будущее. В 13 лет мать отдала ее в школу-интернат с музыкально-танцевальным уклоном в надежде, что дочь станет профессиональной танцовщицей.
Терон не очень охотно говорит о том, почему ее отослали из дома, но из ее осторожных и обтекаемых фраз следует, что обстановка в семье была далека от идиллической. Отец постепенно пристрастился к алкоголю, и мать практически в одиночку вела все дела. У нее не хватало времени на семью, и она надеялась, что учеба в интернате поможет дочери сделать карьеру в шоу-бизнесе, к чему она так стремилась.

«Мама много раз говорила мне, что на свете нет ничего невозможного», – вспоминает Терон.
Ей было 15 лет, когда отец погиб в автокатастрофе. Вскоре мать вторично вышла замуж – за человека, который полностью поддерживал все ее идеи, в том числе и относительно будущего Шарлиз.

«Это было очень странное чувство – осознавать, что отчим может быть лучше отца», – неохотно роняет Терон и замолкает. Еще одна тема, на которую она не очень охотно распространяется, – причина ее отъезда из ЮАР. В ранних интервью Терон говорила, что после падения апартеида поняла: белому человеку отныне нет места в этой стране.
Однако постепенно враждебность к новой власти сменилась симпатией. Тем более что на родине Терон многие считают ее национальной героиней – еще бы, она ведь единственная южноафриканка, сделавшая суперкарьеру в Голливуде! В декабре 1998 года Терон ездила на родину, чтобы получить почетную грамоту имени Нельсона Манделы за вклад в мировое искусство.
Но тогда, в 1991 году, ей казалось, что на родине делать нечего. Победив в национальном конкурсе красоты, она ухватилась за предложение модельной фирмы поработать манекенщицей в Милане. Шарлиз едва исполнилось 16 лет, и она считала, что пора открывать для себя мир за пределами фермы и интерната.

В модельном бизнесе она продержалась всего год. Ей здесь было скучно. «Я очень быстро устала от постоянных тусовок и вечеринок, – вспоминает она. – Мне казалось, что жизнь проходит мимо меня. Я не хочу говорить гадости об индустрии моды, я очень благодарна людям, которые помогали мне зарабатывать на жизнь. Но уже тогда я чувствовала, что мне этого недостаточно».
Ей было 17 лет, когда по заданию агентства она с группой манекенщиц отправилась позировать в Нью-Йорк. В последний день работы она собрала вещички и… объявила, что остается. Терон поступила в знаменитую балетную труппу Joffrey Ballet и полгода усердно занималась, готовя себя к карьере балерины. Чтобы свести концы с концами, выступала в кордебалете бродвейских постановок «Сюита «Щелкунчик» и «Лебединое озеро». А затем настал черный день, когда она серьезно повредила коленную связку и врач объявил ей, что с балетом придется завязать навсегда.
«У меня были два варианта – либо просить у мамы деньги на обратный билет до ЮАР, либо попытать счастья в кино. У нас с мамой состоялся «телефонный совет», и мы решили, что мне нечего терять, – вспоминает Терон. – Я поеду в Голливуд, попробую пробиться, а если ничего не получится – вернусь домой».

Денег у нее почти не было. Приехав в Калифорнию, Терон поселилась в третьеразрядном мотеле с подходящим названием «Дочь фермера». «Это была жуткая помойка, – вспоминает она. – Проститутки приводили туда своих клиентов. Многие комнаты сдавались с почасовой оплатой».
Едва осмотревшись на новом месте, Терон пошла в местный банк обналичивать последний чек, который причитался ей за выступления в нью-йоркском кордебалете. Кассирша объявила, что не может выдать ей деньги, поскольку у нее нет счета в банке. А завести счет она не может, поскольку у нее нет постоянного адреса. Доведенная до отчаяния Терон закатила в банке страшный скандал. Впрочем, сегодня она называет его «небольшой драматической сценкой».
«Один парень начал меня успокаивать, – вспоминает она. – Он взял меня за локоть и сказал, что поможет «организовать» постоянный адрес. Оказалось, что для этого достаточно пойти на почту и арендовать почтовый ящик. Он помог мне это сделать, я поблагодарила его, а при расставании он мне сказал: «Кстати, я актерский агент. Я не знаю, собираетесь ли вы стать актрисой, но при вашей эмоциональности у вас в этом городе есть неплохой шанс».

Этим парнем был Джон Кросби, агент таких известных звезд, как Джон Херт и Рени Руссо. Он вручил Терон визитную карточку и сказал, что рассчитывает на сотрудничество.
«На улице меня ждал мой парень в машине, взятой напрокат, и, разумеется, он просрочил время стоянки! – вспоминает Терон. – Я была очень возбуждена, задыхалась от волнения и тут же выложила ему, что меня хочет представлять настоящий актерский агент! Он засмеялся и сказал, что в этом городе каждый мужик, знакомясь с красивой женщиной, представляется либо режиссером, либо продюсером, либо на худой конец агентом по работе с актерами. Я была страшно разочарована».
Только через две недели другой приятель Терон обнаружил карточку Кросби на полу машины. «Он очень удивился, увидев его имя, а когда я рассказала всю историю, он заорал: «Да вы что, с ума сошли? Это же настоящий агент!»
Подписав контракт с агентством, Терон начала избавляться от южноафриканского акцента. По ее признанию, для этого она часами смотрела все идиотские мыльные оперы, которые шли по ТВ, и старалась повторять за героями все их реплики. Время от времени включала радио и подпевала поп-певицам. «Я с самого начала решила, что буду ставить нейтральный акцент, – говорит она. – Мне не хотелось превращаться в типичную американку, но и английский акцент меня не устраивал. Мне все приходилось делать наобум – ведь я не могла позволить себе роскошь нанять учителя!»

В 1995 году ей удалось получить первую большую роль в кино – неотразимой и опасной убийцы-норвежки Хельги в триллере «Два дня в долине». И хотя сам фильм прошел почти незамеченным, о красавице, занимающейся «экзотическим» сексом со своим напарником, писали много – особенно в мужских изданиях.
«Перед тем как сниматься в секс-сцене, я позвонила маме, – вспоминает Терон. – Я рассказала ей обо всем и спросила, что мне делать. Мама сказала, что решать должна я сама. Но пообещала, что, если я сыграю в этой сцене, она никогда меня этим не попрекнет. Я подумала и решила рискнуть. Ведь эта сцена важна для общего настроения фильма, она показывает, как Хельга манипулирует людьми».
В фильме есть эпизод, в котором Терон пришлось драться голыми руками с любимицей публики, телезвездой Тэри Хэтчер из сериала «Луис и Кларк».
«Когда снимали первый дубль, я поняла, что совершенно не представляю себе, как снимается кино, – со смущенной усмешкой говорит Терон. – Я буквально «подставилась» под кулаки Тэри, получила удар в челюсть, удар по ребрам и отлетела к стене. Режиссер закричал: «Стоп!», Тэри начала растерянно оправдываться, а я стала извиняться за то, что из-за меня столько хлопот. В конце концов этот единственный дубль и вошел в окончательный монтажный вариант, потому что у меня была так расквашена физиономия, что следующий дубль можно было бы снять только через неделю. Зато все получилось очень реалистично!»

Почти одновременно со смертоносной Хельгой Терон сыграла благовоспитанную Тину – провинциальную американскую барышню 60-х годов в режиссерском дебюте Тома Хэнкса «То, что ты делаешь!»
«Когда я пришла к Тому на пробы, то первым делом рассказала, как в детстве смотрела «Всплеск» и ревновала его к Дэрил Ханне, – рассказывает Терон. – Он страшно смутился и покраснел. Я думала, что после этого он не захочет иметь со мной дела».
Однако Хэнкс высоко оценил способности Терон. «Из нее выйдет настоящая звезда!» – сказал он и взял ее на роль возлюбленной главного героя, которого играет Том Эверетт Скотт.

«Я играю девушку, которая ненавидит рок-н-ролл, – рассказывает Терон. – Она никогда не будет раздеваться на рок-концертах, она предпочитает скрипки и пианино. Мне не хотелось играть ее стандартной идиоткой, которая не въезжает в моду. Она тоже имеет право на свое мнение. Она хочет выйти замуж, нарожать детей, ходить в церковь. Играя ее, я думала о своей собственной матери».
В том же году Терон едва не попала в эротический конфуз Пола Верховена «Шоу-герлз», но не прошла финальный тур и уступила пальму первенства Элизабет Беркли. «Думаю, меня спас ангел-хранитель», – говорит она, хотя роль «ангела» вероятнее всего сыграли ее деловая хватка и чутье. Став в 1996-1997 годах звездочкой, она решила идти дальше и пробиваться в суперзвезды. В декабре 1997 года Терон решительно порвала со своим агентом (эту тему она категорически отказывается обсуждать) и бойфрэндом, актером Крейгом Биерко, и сегодня делает ставку на фильмы-события и ярких спутников жизни. Год назад Терон снялась с Кийану Ривзом и Аль Пачино в «Адвокате дьявола», а сейчас – у Вуди Аллена. Став знаменитой, Терон стала встречаться с другой знаменитостью – вокалистом популярной группы Third Eye Blind Стивеном Дженкинсом. Впрочем, жить она предпочитает в одиночестве, и в ее небольшой, но элегантной лос-анджелесской квартире, помимо самой актрисы, обитают только две собаки.

Сегодня Терон занята как никогда: на 1999 год намечено целых 5 проектов с ее участием! Ближайшая премьера – фильм «Жена космонавта», где ее партнером станет Джонни Депп.
С кем из знаменитостей ей хотелось бы сниматься? Или после Ривза, Деппа и Хэнкса таковых уже не осталось?
«С Михаилом Барышниковым! – восклицает южноафриканская красавица. – Вот это – настоящий мужчина! Я надеюсь, он услышит мой призыв. И, кстати, вы не могли бы заодно передать ему мой телефончик?»

Сьюзен Хоуард


1 комментарий »

  1.  

    СТУДИЯ 6 » Совсем молодая ШАРЛИЗ ТЕРОН пишет

    12 мая 2017 @ 10:11 дп

    […] последнее время Шарлиз Терон тщательно подчеркивает свою политкорректность. Она […]

Комментарии RSS · Адрес для трекбека

Оставьте свой комментарий

Имя: (обязательно)

Почта: (обязательно)

Сайт:

Комментарий: