ШОУ УМЫ ТУРМАН

uma thurmanЕЕ СРАВНИВАЮТ С МАРЛЕН ДИТРИХ. НАЗЫВАЮТ САМОЙ КРАСИВОЙ ЖЕНЩИНОЙ ГОЛЛИВУДА. И ВООБЩЕ САМОЙ РАСКРАСАВИЦЕЙ В КИНО. СЧИТАЮТ, ЧТО ОНА УРОДИНА. НАЗЫВАЮТ ОДНОЙ ИЗ ЛУЧШИХ АКТРИС. УВЕРЯЮТ, ЧТО НА СЦЕНЕ ОНА – МАНЕКЕН. ДУМАЮТ, ЧТО ОНА ПСИХОПАТКА УВЕРЯЮТ, ЧТО ГЕНИЙ. ВСЕ ЭТО О ДЕВУШКЕ, В 18 ЛЕТ ОТОДВИНУВШЕЙ НА ЗАДНИЙ ПЛАН ДЖОНА МАЛКОВИЧА, ГЛЕН КЛОУЗ, МИШЕЛЬ ПФАЙФФЕР И КИАНУ РИВЗА, – ОБ УМЕ ТУРМАН. РАДИ НЕЕ КВЕНТИН ТАРАНТИНО НА ГОД ОТЛОЖИЛ СЪЕМКИ СВОЕГО НОВОГО ФИЛЬМА KILL BILL.


Факты биографии Умы Турман

В 60-е достаточно было встать посреди улице с табличкой: «ЛСД, Новая вера, Транс, Секс – недорого», чтобы тебя назвали пророком и за тобой потащились толпы прихиппованных наркоманов. Тимоти Лири – один из пророков, апологет, гуру – знаменит дружбой со множеством знаменитостей. Если в биографии какой-нибудь знаменитости упоминается Лири – это диагноз. Значит, в те далекие годы эта знаменитость с упаковкой ЛСД носилась по полям, жила в коммуне, не признавала закрытый брак, и ее детей, которые не ходили в школу, крестил сам гуру. То есть Лири.
Лири – крестный отец Умы, чья мама вообще была за апологетом замужем, а отец, профессор, первым из американцев ушел в тибетские монахи. Позже он, правда, вернулся и сейчас благополучно преподает в Калифорнийском университете. Семью Турман называют художественной – в том смысле, что ее история годится для романа.
Бабушка по матери Бриджит Хомквист была известной шведской красавицей – большая статуя, изображающая бабушку, украшает южный порт Треллеборга. В 30-х годах она переехала в Берлин и влюбилась в вестфальского барона Карла фон Шлебругге, который был старше ее на 20 лет. Барона осудили нацисты за то, что он не выдал своих партнеров-евреев, и Бриджит с мужем спешно смылись в Мексику, где родилась мать Умы, Нена. Нена подросла и вернулась в Стокгольм, где стала моделью.

«Откровенно говоря, вся эта генеалогия и фамильная гордость кажутся мне смешными и довольно патетичными», – говорит Ума. Мама-модель много моталась по Европе и вскоре стала одной из самых популярных фотомоделей. Она, как и все красивые девушки того времени, сдружилась с Дали, потом выскочила за ЛСД-гуру, а вскоре встретилась с Робертом Турманом, который был его учеником.
Свое имя Ума получила в честь одной из богинь индуистского пантеона – оно означает «средний путь» по-тибетски, а сама Турман понимает богиню Уму как реинкарнацию Парвати и считает, что имя ее значит: «Она не будет страдать».
Долгое время ей хотелось поменять имя на что-нибудь простенькое вроде Келли или Мэри. Ее братьев тоже назвали по-индийски – Дехена, Ганден, и Мипам. Причем в детстве Ума считалась гадким утенком – она была нескладной, застенчивой и неуклюжей. «Я думаю, что большинство женщин, которые выглядят неординарно, в детстве были заморышами, – говорит она. – Я очень расстраивалась, когда смотрела на маму – она была красавицей. И приятели нашей семьи, те, которые знали маму в молодости, смотрели на меня и говорили: «Да-аа…» Один из маминых друзей, когда мне было лет десять, смотрел на меня, смотрел, а потом взял за руку и произнес с такой трагической гримасой: «Знаешь, детка, ты же можешь сделать операцию на носу». И поэтому я всегда работала и работаю над уверенностью в себе – мы все на самом-то деле ужасно беззащитные».

Семья подолгу жила в Индии, дети ходили в местную школу, дружили они с буддийскими монахами, а Уме хотелось улизнуть от родителей. Они учили ее быть свободной духом, а Уме хотелось иметь домик за белым забором, мамочку в клетчатом фартуке и папу, проводящего выходные с газонокосилкой. «Подростковый возраст мало кому легко дается, но у меня была не жизнь, а шпионская игра. Мы все время переезжали, я меняла школы, друзей, и единственное, что оставалось постоянным, – мечта стать актрисой».
В 15 лет Ума сбежала в Нью-Йорк. На одной из школьных постановок ее выловили агенты, предложившие обучение в известной нью-йоркской школе актерского мастерства.
Как это водится у приличных актрис, в биографии Турман есть тяжелые времена. Она работала посудомойкой, официанткой, снялась в каких-то третьесортных картинах, о которых сейчас знают только фанаты кабельного телевиденья, – вроде «Кино нон-стоп», но ее первой и очень важной ролью были «Опасные связи». По жизни Турман было 18, по сюжету – 15, и она сыграла столь блестяще, что зрители, не замечая ни Малковича, ни Пфайффер, ждали: ну, когда же еще раз появится эта Сесиль.

И тогда-то все поняли – эта худенькая девочка с широким носом и необычным лицом – та еще штучка. В Уме разглядели неподражаемую, необъяснимую сексуальность, которая никак не связана с телом, красотой, манерами – но стоит лишь посмотреть ей в глаза, и уже невозможно оторваться. «Ланком» объявивший Уму Турман лицом фирмы уверяет, что: «Ума обладает тем редким типом женской красоты, который изобилует энергией и словно излучает позитивные эмоции».
Еще когда она не была известна, как сейчас, Турман отказалась от роли в фильме, за которую ей платили два миллиона долларов, потому что по сюжету ей нужно было лишь стоять, излучая сексуальность и время от времени улыбаться.

Только благодаря ей, Уме Турман, картина «Генри и Джун» – биография Генри Миллера – имела невиданный для фильмов-биографий успех. Турман сыграла эдакую демоническую бисексуальную девицу, разбивающую сердца и мужчинам и женщинам. После фильма, на который не впускали детей младше 17, Ума стала секс-символом. «Нас терроризировали звонками, пришлось даже номер поменять, – говорит Боб Турман, отец Умы. – Был какой-то парень из Бруклина, который год заваливал нас письмами. В конце концов он прислал нож и записку: «Ты хочешь, чтобы я убил себя?» После этого Ума стала ходить в бесформенной одежде и приостановила работу. «Мне казалось, лучше вообще не работать, чем становиться сексуальным ароматом месяца. Я слишком уважаю актерство».
В 90-м Ума вышла замуж за Гарри Олдмена. В то время актрисы так называемого немейнстримовского кино вообще все, как сговорившись, выходили замуж за Гарри Олдмена. Чтобы через пару лет уверять, что Гарри – лучший на свете актер, любовник, муж, но только пьяница, психопат и совершенно невменяемый. Уме было 19, когда они поженились, а развелась она через год и считает этот брак «подростковым и недолговечным». Олдмен же отвечал, что «пытался жить с ангелом».

Ей приписывали романы с Робертом де Ниро, с Миком Джаггером – «со всеми, с кем я пила кофе».
А в 1997-м Ума встречает на съемках «Гаттаки» Итана Хоука и влюбляется в него так крепко, что выходит замуж и рожает Майю. «Когда мы познакомились, я подумала: ну, давай, развлекись с ним. Он такой сексуальный – просто сделай себе приятное. А потом этот проныра так меня окрутил, что я влюбилась в него без памяти».
После родов Ума обнаружила, что ей присылают сценарии с предложениями на роль несчастных многодетных матерей. «Во всех было не меньше шести детей, – удивляется она. – Я постарела на 15 лет за девять месяцев! Я просто была в шоке».
А стоило Уме родить второго ребенка – мальчика Леона Роана – на нее набросились дотошные папарацци. «Это довольно скучно – быть верной женой и матерью двоих детей. А они хотят секса, наркотиков, безумных денежных трат… Я нормальная женщина, я гуляю со своими детьми, хожу по магазинам и не крашусь, когда выхожу из дома. Однажды мы шли по улице с коляской и кто-то воскликнул: «Боже мой! Да вы посмотрите на нее!». Но я же не Мадонна. Мадонна не может сводить своих детей в Диснейленд – их тут же порвут на части!».

Из-за второго ребенка разгорелся скандал.

Квентин Тарантино пригласил Турман сниматься в фильме «Убить Билла» – боевике в духе кино о самураях, кунг-фу, спагетти-вестернов, шпионских фильмов 60-х годов и картин о роковых женщинах. Для Умы была чудесная роль женщины – убийцы по найму, за которой охотятся свои, а она им – своим – жестоко мстит за то, что они перебили всю ее семью. Но Турман во второй раз забеременела, а Тарантино отказался снимать другую актрису и потребовал перенести съемки на год. Режиссер настаивал на том, что не даст опохабить свой фильм участием в нем кого-то кроме Умы. После ожесточенной схватки с продюсерами Тарантино победил, Турман родила, и картина была снята. Для того чтобы не подвести Квентина, Ума во время беременности занималась восточными единоборствами – чтобы быть достоверной. А ее муж Итан Хоук еще удивляется, за что им, актерам первой величины, так много платят.

Ума считает, что муж – лучший друг

У нее есть еще одна близкая подруга, с которой они познакомились на съемках «Генри и Джун»: «Нам было легко подружиться – мы обе курим».
Ума выкуривает в день пачку сигарет.
Ума с мужем купили старую нью-йоркскую квартиру.
Ума хранит в коробочке прах любимого сиамского кота.
Уму сравнивают с Гретой Гарбо, Марлен Дитрих, Джейн Мансфилд.
Ума считает, что хороший актер, не растворяется в ролях, не теряет себя в многообразии персонажей, а, наоборот, учится и меняется вместе со своими ролями.
Ума любит свою чау-чау по имени Софи и поит ее травяным чаем вместо воды.
Ума говорит, что муж – ее вдохновитель, а дети – самое главное.
«Брак – это труд. Он требует соблюдения обязательств, дисциплины, самоотдачи и терпения. Но чем дольше я замужем, тем больше мне это нравится».

Статьи про актеров

Оставьте свой комментарий

Имя: (обязательно)

Почта: (обязательно)

Сайт:

Комментарий: